January 30th, 2013

Осужденный, которого пинал полковник УФСИН, второй месяц не может получить помощи правозащитников

Оригинал взят у cherkni в Осужденный, которого пинал полковник УФСИН, второй месяц не может получить помощи правозащитников


Осужденный читинской ИК-3 Евгений Вилкайс не может добиться встречи с юристом Забайкальского правозащитного центра, которого он как потерпевший желает видеть своим представителем в уголовном деле о насилии со стороны замначальника УФСИН края.


О 20-летнем заключенном Евгении Вилкайсе и драчуне-полковнике из краевого УФСИН Владимире Сорокине страна узнала в декабре, когда по инициативе забайкальских правозащитников на центральных телеканалах был показан видеосюжет о насилии в ИК-3 Читы.

Сразу после этого Вилкайса признали потерпевшим в рамках экстренно начавшегося расследования. С того момента Евгений предпринял несколько попыток заявить о том, чтобы его представителем в уголовном деле стал юрист-правозащитник.

- Еще в декабре Евгений подготовил следователю такое ходатайство. Но в следствии разводят руками: дескать, не получали, - пояснил корреспонденту Открытого информагентства глава Забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов.

Как стало известно правозащитникам, 15 января осужденный Вилкайс должен был написать на имя начальника ИК-3 заявление: “Прошу выдать заверенную копию моего паспорта руководителю правозащитного центра”. Этот документ затребовал нотариус – для оформления правозащитникам доверенности на представление интересов Вилкайса в следственных и судебных органах.

- Но когда через день я приехал за копией паспорта, начальник ИК-3 удивился: заявления Вилкайса он в глаза не видел. Правда, пообещал разобраться и сообщить мне. Полагаю, ему не составляло труда вызвать осужденного и всё выяснить. Но и спустя 13 дней из колонии нет известий, - говорит Виталий Черкасов.

В правозащитном центре полагают, что тюремная система не заинтересована в том, чтобы в резонансном деле о насилии в колонии интересы осужденного отстаивали независимые юристы.

По словам Черкасова, потерпевший Евгений Вилкайс нуждается в помощи его центра. По непроверенной пока информации, с осужденным уже встретиться второй фигурант уголовного дела – чтобы оказать на него, как минимум, психологическое воздействие. Как известно правозащитникам, полковник Владимир Сорокин на период следствия не отстранен от исполнения служебных обязанностей и продолжает занимать пост замначальника УФСИН по режимно-оперативной работе.

Правозащитники отмечают, что не могут подтвердить всю “оперативную” информацию, которая поступает к ним из колонии № 3. Но полагают, что только общественный контроль поможет обеспечить личную безопасность потерпевшего Вилкайса, находящегося сейчас в безраздельной власти подозреваемого полковника и подчиненных ему сотрудников.

Надежд на прокурорский надзор мало, считают правозащитники, так как краевая прокуратура по надзору за соблюдением законности в исправительных учреждениях пользуется дурной славой в крае. Огненный бунт против тюремного произвола, случившийся в краснокаменской ИК-10 в апреле 2011 года, – яркий тому пример.

Как сообщалось ранее, в декабре в руки правозащитников попал видеоролик, на котором запечатлено как офицер в каракулевой шапке учит сотрудников ИК обхождению с заключенными. Он с силой бьет ногой в область колена осужденного, который стоит лицом к стене и не ожидает агрессии от крупного чина УФСИН.

К правозащитникам этот ролик попал по электронной почте от анонимного источника, имеющего отношение к тюремному ведомству.

По непроверенной информации, сразу после обнародования скандального видеосюжета в подразделениях УФСИН прошли совещания с сотрудниками. На них начальники клеймили позором “оборотня в погонах”, который предоставил этот видеоролик общественности.

Правозащитники намерены доверять этой информации, так как в декабре краевой УФСИН публично оправдал поведение Сорокина: “Старший офицер, заметив во рту осужденного предмет, похожий на лезвие от одноразового станка, в целях предотвращения угрозы нанесения телесных повреждений принял решение о применении физической силы”.

Это объяснение правозащитники считают надуманным, так как оно не соответствует тому, что запечатлела беспристрастная тюремная видеокамера.