Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

На долгую память.

На долгую память
У меня в руках семейная реликвия Князевых – фотография 1945 года, сделанная в Берлине. На ней четыре боевых друга, совсем молодые ребята, каждому чуть за 20. Это воины различных национальностей, из разных уголков страны, но воевали они под единым лозунгом: «За нашу Советскую Родину!». У них не было лёгких дорог, не раз они смотрели смерти в глаза, за каждую пядь родной земли рисковали жизнью в кровопролитных боях.

Митрофан Васильевич Князев – четвёртый слева. Он был мобилизован в Красную Армию в 18 лет. Военную присягу принял 14 июля 1942 года и дошёл до великого дня 9 мая 1945 года. Был награждён орденом Отечественной войны II степени, медалями «За взятие Берлина», «За победу над Германией», имел множество юбилейных наград.
  Второй слева – его друг, узбек Султан Абдуляев. В альбоме Князевых хранится и отдельная его фотография, на обратной стороне которой надпись: «На долгую память от боевого товарища Султана своему товарищу М. Князеву. Митроша, сохрани эту мою фотокарточку, и будующие (орфография сохранена – Ред.) твои годы пусть будут ярким воспоминанием прошлого, где мы делили и всё хорошее, и все трудности. Фотографировался в Берлине 12 августа 1945 года».
  Рядом с ним (первый слева) – Иващенко. Он тоже подарил своё отдельное фото и подписал его: «Это фото в боевые дни другу Князеву от товарища Иващенко А. После длительных боёв немецкое командование объявило капитуляцию. Это моё фото должно служить напоминанием, что победитель – русский солдат! Не забывай наши боевые дни. Берлин. 23 мая 1945 год».
  А вот как подписал свою фотографию Фёдор Батанин (на общем фото он третий слева): «На долгую память боевому товарищу М.Князеву, с которым прошёл славный путь до Берлина. Фотографировался в побеждённом Берлине, когда гром орудий и гул моторов перестал сотрясать воздух. Митроша, куда б нас жизнь не разбросала, ты это фото сохрани и где-нибудь под звон бокала меня с улыбкой вспомни. Помни суровые годы войны и своих боевых друзей. Г. Берлин, май 1945 года, сержант Фёдор Батанин».
  Память о Митрофане Васильевиче Князеве хранится не только в его семье. Смотритель музея локомотивного депо в г. Могоча Александр Игнатьевич Пономарёв проводит большую работу по сбору информации о железнодорожниках, которые воевали на фронтах Великой Отечественной. В музее оформлен замечательный стенд «Они защищали Родину». Есть на этом стенде и фотография Митрофана Васильевича.
  Биография этого человека характерна для многих призывников того времени. Он родился в 1924 году в многодетной семье простых тружеников-крестьян, на исконно русской земле – в Воронежской области, в селе Матрёнки. Увы, счастливые времена детства закончились, когда в 30-х годах по стране прокатилась волна репрессий. Она коснулась и семья Князевых. Оставшись без мужа, Анна Кузьминична Князева оказалась одна с шестью детьми на руках в далёкой Амурской области, на разъезде Утени, недалеко от Ерофея Павловича.
  Митрофан до войны успел поработать слесарем. В армию был призван Сковородинским РВК в 1942 году и направлен для прохождения службы на Дальний Восток в 72-й стрелковый железнодорожный полк. М.В. Князев являлся стрелком, но вскоре судьба переменилась. Летом 1944 года командованием Красной Армии на Прибалтийском направлении готовилась наступательная операция по освобождению от немецких захватчиков Эстонии, Латвии и Литвы. Операция началась в сентябре и продлилась до 24 ноября . Сюда и попал Митрофан Васильевич, которого перевели в 105-й пограничный отряд. Он принимал участие в боях за освобождение Риги, где получил контузию, попал в госпиталь. После выздоровления вернулся в строй и с боями дошёл до Берлина. И хотя исход войны давно был ясен, немцы упорно сопротивлялись, минируя улицы и здания, превращая подвалы и дома в огневые точки. В одном из таких домов Митрофан Васильевич встретился один на один с врагом, и в завязавшейся схватке победителем вышел русский парень. Об этом эпизоде мне рассказала Надежда Яковлевна – жена Митрофана Васильевича. А сам он, по воспоминаниям родных, о войне рассказывать не любил. Говорил так: «То, что мы видели, вам не надо знать. И, не дай Бог, чтобы всё повторилось снова».
  Служба в армии для М.В. Князева закончилась только в 1949 году, и он смог, наконец-то, вернуться к мирной жизни. Работал в Могоче, в локомотивном депо помощником машиниста, а потом машинистом паровоза.
  Женился, с женой вырастили четверых детей. Жили в районе Олонгро, держали домашнее хозяйство – большую семью надо кормить. Митрофан Василеьвич косил сено для коров, а соседом его по покосу был Степан Логинович Копытов, Герой Советского Союза, с которым он вместе в депо работал. Позже семья Князневых переехала на ст. Ксеньевка. Митрофана Васильевича не стало в 1989 году.
  Два его сына тоже служили в армии. Сын Александр, призванный в ряды Вооружённых сил в 1979 году, был связистом. Учёбу проходил в Литве. Таким образом он оказался на земле, где 35 лет назад воевал и был ранен его отец. Саша видел захоронения советских воинов, видел памятники им и горько ему сейчас знать, как всё это уничтожается новой властью. А сам он служил с честью: был начальником радиостанции малой мощности и был награждён отличительным знаком «Классный специалист», а на стрельбах всегда показывал отличные результаты.
  Сын Василий проходил службу в химических войсках в Саратове и показывал хорошие результаты в физической и огненной подготовке. Достойная смена выросла отцу!
  Война прошла через каждую семью в нашей стране. Каждое поколение хранит память о немеркнущем подвиге своих отцов, дедов, а теперь уже и прадедов. Это бесценное духовное достояние, которое объединяет в единое целое весь наш народ. Каждый юноша сегодня должен пройти армейскую школу мужества, приобрести воинскую специальность, чтобы в случае необходимости встать на Защиту Отечества, как встали их сверстники в 1941-м.

Наталья Васильева, п. Ксеньевка, Могочинский район

Выпуск № 2 РУБРИКА "ПАМЯТЬ"

К Дню Великой Победы: "Мы помним, мы гордимся"!
В нашем поселке Ксеньевка в живых остался один ВВО войны Страхов Алексей Иванович.
К великой нашей печали остальные ушли, но память о них остается.
Мы чтим память наших земляков, полной мерой принявших на свои плечи Великую Отечественную.
Солдат пришел домой, изранен.
А здесь вчера была война,-
В земле отец, и мать не встанет,
В землянке дети и жена.
Жена к плечу его припала,
Сказала:
-Отдыхай, родной.
Я все одна начну сначала,
Лишь только был бы ты со мной.
А у солдата сердце рвется.
Он поглядел на бывший двор,
На полберезы у колодца
И молча в руки взял топор.
Он вновь себе поставит хату,
Чуть свет пойдет он на поля.
Что значат раны для солдата,
Когда изранена земля...
Лев Ошанин
Сегодня группа волонтеров нашего поселка приводили в порядок захоранения ВВО войны.
Collapse )

ТАКИЕ РАНЬШЕ БЫЛИ ДЕПУТАТЫ.

orden_i_znak.jpg
Депутатский значок и орден Красного знамени Верясова С. И. Найдены в противотанковом рву под Ленинградом с останками бойца. ТАКИЕ РАНЬШЕ БЫЛИ ДЕПУТАТЫ.
[Spoiler (click to open)]
ЖУРНАЛ «РАЗВЕДЧИКЪ»

Автор: ОЛЬГА ЕГОРОВА
ОРДЕН №699
31 Октября 2015
ОРДЕН №699

ДЕПУТАТ ВЕРЯСОВ ПОГИБ ПРИ ОБОРОНЕ ЛЕНИНГРАДА

Эта история началась четыре года назад, летом, когда члены поискового отряда обнаружили у Колпинского противотанкового рва, почти на самой поверхности, в дерне, останки солдата. При нем были обнаружены орден Красного Знамени и нагрудный знак депутата Верховного Совета РСФСР.

Имена многих из тех, кто «с кровавых не пришедшие полей», остаются неизвестными, и память о них бережно хранит Вечный огонь на могиле Неизвестного солдата. Редко, когда воинские останки удается опознать. И каждая такая находка — настоящая победа.

А на южной окраине Санкт-Петербурга, в районе 2-го Колпинского противотанкового рва были найдены останки уроженца села Лебяжье Мелекесского района Верясова Степана Ивановича, 1912 г. р., предположительно призванного на фронт в 1941 году и погибшего в январе 1942-го при обороне Ленинграда. Правда, поначалу это был просто неизвестный солдат и никто из поисковиков не знал, будет ли возможность узнать его имя. Но — надеялся.

«ЧУВСТВУЮ, ЧТО ОЧЕНЬ НАДО…»

В любой «Книге памяти» напротив огромного числа не вернувшихся с войны пометка — «пропал без вести». Не у всех указано место захоронения.

По всей России до сих пор лежат безвестные останки воинов, оставшихся там, где их настигла смерть — в обвалившихся блиндажах, в засыпанных окопах, воронках или под открытым небом. И тут приходят на помощь поисковики, среди которых немало молодежи, которую нынче, всю без разбора, частенько ругает старшее поколение. А ведь они свое свободное время посвящают этой тяжелой — и в физическом, и в моральном смысле, — но такой благородной и нужной работе.

Таким Степан Верясов «воскрес» перед земляками
Таким Степан Верясов «воскрес» перед земляками

Обнаружила неизвестного солдата девушка из поискового отряда — Юлия Макарова из отряда «Магура».

Чуть позже на интернет-форуме ее подруга рассказала, что никогда не забудет, как накануне вечером они сидели с Юлей у костра, и девушка ей сказала: «Завтра последний день вахты, когда можно полноценно работать. Очень хочу с прибором (металлоискателем) пробежаться по верхам у траншей, хотя там хожено-перехожено, мало ли что будет. Чувствую, что очень надо…» И в конце рассказа подруга призналась: «Не подвела чуйка поисковая нашу красавицу!»

Чтобы узнать имя найденного красноармейца, была проведена большая работа. В конце декабря на сайте поисковиков была размещена информация об ордене Красного Знамени №699 и нагрудном знаке депутата Верховного Совета РСФСР — сохранившихся рядом с останками неизвестного солдата.

Поисковики отправили запросы в архивы Ульяновской и Самарской областей. В результате установили, что останки принадлежат уроженцу села Лебяжье Мелекесского района Ульяновской области Степану Ивановичу Верясову.

В Димитровграде удалось разыскать дочь Степана Верясова — Людмилу Баранову. Все послевоенное время она пыталась найти хоть какую-то информацию о пропавшем без вести отце. Отыскать Людмилу Степановну помог глава Лебяжьинского поселения Виктор Алмакаев, который обратился в архив похозяйственных книг, содержащих сведения о детях Степана Верясова.

«Только что общались по телефону с Людмилой Степановной Барановой, — так писал об этом событии один из участников поискового отряда. — Говорить о том, как потрясло ее известие об отце, трудно… Не найти таких слов… Слезы дочери, дождавшейся отца…

Конечно, только домой, только в родную землю! Просила передать всем огромное человеческое спасибо! Фото отца сохранилось. В ближайшее время, надеюсь, мы увидим Степана Ивановича, каким он был…»

«ЗА БДИТЕЛЬНОСТЬ И ОТВАГУ…»

В конце того же, 2011 года, как были найдены останки солдата, в самарский архив поступил запрос, автором которого была жительница Керчи Наталья Круглова. Она же — представитель объединения поисковых отрядов «Броня» (г.Арзамас, Нижегородская область, ведет поиск на местах боев в Ленинградской и Смоленской областях) и «Эльтинген» (г.Керчь).

Круглова запросила информацию о том, где именно служил Верясов до войны, за какие заслуги был награжден, его биографию. Все это было необходимо для увековечивания памяти Степана Ивановича в Книге памяти Ленинградской области и Книге Памяти Пограничных войск, и для торжественного захоронения 9 мая 2012 года.

Тут надо заметить, что в Самарский областной государственный архив социально-политической истории ежегодно приходит огромное количество самых разных запросов. Среди них, как правило, есть и просьбы отыскать информацию о воевавших родственниках или иных людях. Ценнейшим источником такой информации могут быть документы из военкоматов, но не все знают, откуда призывался потерянный член семьи или тот, кого разыскивают.

Важным для поиска является факт, был ли разыскиваемый членом партии и если да, то когда и где вступил в ВКП (б). Как это и было в случае с Верясовым. Оказалось, что в Самаре сохранилось его личное дело с автобиографией, заявлением и анкетой, которую он лично заполнял.

…Степан Верясов родился 10 апреля 1912 года в селе Лебяжье Самарской губернии Мелекесского уезда Лебяжьей волости в большой крестьянской семье. В 1920-м пошел учиться в сельскую начальную школу. В 1923-м, после смерти отца, был вынужден оставить учебу и заняться своим хозяйством. Через пять лет, в сентябре 1928 года, работал лесорубом в Мелекесском леспромхозе, затем (до января 1934-го) — конюхом в сельсовете родного села. Помимо работы, вел активную общественную работу, в том числе в качестве бригадмильца.

Перезахоронение Степана Верясова и Михаила Белозёрова на Аллее славы Димитровграда. Лето 2012 года
Перезахоронение Степана Верясова и Михаила Белозёрова на Аллее славы Димитровграда. Лето 2012 года

В 1932 году Верясов был избран членом сельсовета. Умел ладить с людьми, сам отлично работал и других смог заставить. Видимо, благодаря личной активности, Степан Иванович успешно справлялся с заданиями по хлебозаготовкам и ликвидации задолженности по мясозаготовкам.

Кроме того, ему удалось обнаружить несколько хлебных ям. Участок Верясова становится передовым в селе, за что он дважды премируется сельсоветом. Тут требуется пояснение. Дело в том, что во время коллективизации крестьяне повсеместно укрывали зерно. Настоящих кулаков было 5-6 %, остальные — крепкие середняки. Их силой и загоняли в колхозы. Делалось это руками простых партийцев.

…В январе 1934 года Степан добровольно вступил в Красную Армию, службу проходил на Дальнем Востоке. Здесь его зачислили в полковую школу (школа для младшего начальствующего состава — Авт.)

Маленький штрих к характеру Степана Верясова. До армии он ни разу не стрелял из винтовки, и поэтому, чтобы в полной мере овладеть боевым оружием, начал упорно тренироваться буквально каждый день. Такое трудолюбие было оценено, и молодой боец получил заветный значок «Ворошиловского стрелка», а некоторое время спустя командир батальона премировал его и за отличную стрельбу из пулемета.

Полковую школу Степан закончил с оценкой «хорошо» и стал командиром отделения. Активный и энергичный, он начинает готовить молодых новобранцев к службе. За короткое время он лично задержал несколько шпионов и диверсантов, проникнувших через границу.

В марте 1936 года Верясов принял боевое крещение. 25 марта, он, вместе с отрядом, находился на боевом дежурстве. Наблюдатель обнаружил, как с жандармского поста выехала легковая машина, остановилась у пограничного знака, из нее вышли четверо японских солдат во главе с капитаном. Они перешли границу и открыли огонь по отряду советских пограничников. Завязалась перестрелка, во время которой были убиты японский капитан и солдат.

Заставу имени Генерального секретаря ЦК РКСМ А. Косарева подняли «в ружье», так как предполагалось, что последствия этой провокации могут быть очень серьезными. К обеду на Безымянной высоте дозорные засекли японский отряд в двести бойцов, вторгшихся ни много, ни мало, на 250 метров на нашу территорию и окопавшихся. Разведка установила, что враг хорошо вооружен пулеметами, винтовками и гранатами.

Степан Верясов одним из первых оказался на передовых позициях в завязавшемся бою. Заметив продвижение японцев, он открыл по ним пулеметный огонь и остановил вражеское наступление. Затем вместе с бойцами стал продвигаться к окопавшимся японцам. Неожиданно Верясов лицом к лицу встретился с вражеским офицером и, несмотря на его быструю реакцию, успел поразить врага выстрелом.

Вскоре Степана ранили, но он пробрался вперед и передал товарищам приказ лейтенанта. Верясова перевязали, и он снова занял свое место в бою, который длился до самого вечера. И хотя силы японцев превосходили наши в несколько раз, все же они были вынуждены отступить, оставив своих убитых и полковое знамя.

Об этом бое узнала вся страна. Во владивостокский госпиталь, где на излечении находились бойцы, стали поступать многочисленные приветственные письма и телеграммы, десятки людей ежедневно приходили повидать раненых героев.

В постановлении Президиума ЦИК СССР говорилось: «За бдительность и отвагу, проявленные при охране границ СССР на Дальнем Востоке, Верясов Степан Иванович, 1912 года рождения, красноармеец стрелкового полка №2330, пограничник, награжден орденом Красного Знамени №699».

Награда была вручена Верясову 27 июля 1936 года на заседании Президиума ЦИК СССР. Орден он получил из рук «всесоюзного старосты» Михаила Калинина.

ИМЕНИТЫЙ ЗЕМЛЯК

Как же радовались односельчане Степана Ивановича, как гордились им! Каждому, когда он приезжал в родное село, хотелось не только повидаться с ним, но и поговорить, посоветоваться, о том, о сем.…

Газета «Волжская коммуна» писала в те годы: «В Лебяжье прибыл орденоносный пограничник Степан Иванович Верясов, участвовавший 25 марта 1936 года в отражении нападения японского отряда на заставу имени Косарева. Колхозники устроили ему горячую встречу.

Ежедневно к нему в избу приходили десятки друзей и знакомых поговорить со знатным земляком. Степан Иванович хорошо себя чувствует и вполне оправился от ран. На его груди поблескивает орден Красного Знамени. Товарищ Верясов в беседе с нашими корреспондентами попросил передать приветствие читателям «Волжской коммуны»».

…После возвращения домой в сентябре 1937 года Степан Иванович поселился на станции Кинель. В декабре был избран секретарем Кинельского райкома комсомола. По своей всегдашней привычке, с головой ушел в работу, в результате которой комсомольская организация района увеличилась на 400 человек. 52 комсомольца получили рекомендации для вступления в партию. В колхозах появились пять новых комсомольских и первичных организаций.

А в 1938 году трудящиеся Богатовского района выдвинули Степана Ивановича кандидатом в депутаты Верховного Совета РСФСР.

«Первым источником, к которому мы обратились, — рассказал Евгений Михайлович Малинкин, главный специалист отдела использования архивных документов ГБУСО «Самарский областной государственный архив социально-политической истории», — была центральная областная пресса, где печатались сведения о кандидатах в депутаты Верховного Совета РСФСР и СССР, а именно газета «Волжская коммуна». В результате поиска в подшивке газеты за 1938 год были найдены сведения о постановлении окружной избирательной комиссии Богатовского избирательного округа № 327 о регистрации С. И. Верясова кандидатом в депутаты ВС РСФСР (с фотографией), его официальная биография, а также статья журналиста газеты П. Гурьянова о нем».

После этого был произведен поиск по алфавитной именной картотеке, составленной Куйбышевским партийным архивом, и была обнаружена карточка с указанием на архивные документы, где упоминалось имя Степана Ивановича, а именно — протоколы заседаний Куйбышевского обкома ВКП (б).

Последним этапом был поиск личного дела на Верясова. С помощью автоматизированной информационной системы «АИС АРХИВ» в архивном фонде Кинельского райкома было обнаружено личное дело по приему в члены партии Верясова С. И., к сожалению, без фотографии.

Точно неизвестно, когда именно Степан Иванович ушел на фронт, но, благодаря электронной базе данных Министерства обороны РФ, в которую внесены оцифрованные документы Центрального архива министерства, известно, когда он погиб — в январе 1942 года при обороне Ленинграда.

На тот момент Степан Иванович всего неделю находился в составе разведроты 191-й стрелковой дивизии Волховского фронта. Погиб при выполнении боевого задания у деревни Лезно Чудовского района. Впоследствии все воинские захоронения в Лезно и ее окрестностях были перенесены на воинское кладбище восточнее деревни Водолье — на берег Любуньки, реки с ласковым женским именем.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Вместе с останками Степана Верясова поисковиками был найден и еще один солдат — Михаил Белозёров. Обоих, с соблюдением воинских почестей 22 июня 2012 года похоронили на Аллее Славы городского кладбища Димитровграда.

Церемония началась у монумента Славы, где состоялся митинг-реквием. В нем приняли участие родные и близкие погибших, ветераны Великой Отечественной войны, заместитель Председателя правительства Ульяновской области Николай Маркин, депутат Законодательного собрания Габдулхак Мурзаханов, глава администрации Мелекесского района Владимир Тигин, сотрудники аппарата областного парламента и представители общественных организаций. Всем им близка и понятна тема войны.

Передача праха Степана Верясова состоялась в Центральном пограничном музее ФСБ России
Передача праха Степана Верясова состоялась в Центральном пограничном музее ФСБ России

Война оставила свой след практически в каждой семье мелекессцев. В первые годы на фронт ушло 800 жителей города. Потом их были сотни, тысячи. За четыре года ушли на фронт более 20 тысяч человек. Из них не вернулся каждый шестой. Имена четырех тысяч погибших воинов занесены в городскую Книгу Памяти.

21 июня, в Свято-Никольском храме в присутствии родственников состоялась панихида по погибшим воинам. Ее совершил благочинный Мелекесского округа протоиерей Георгий Чувяков.

А накануне, 20 июня, председатель Государственной Думы Сергей Нарышкин передал внуку Верясова Дмитрию Баранову портрет его деда, нагрудный знак депутата и орден Красного Знамени. Встреча состоялась в Доме приемов Правительства России.

Кроме того, спикер парламента передал солдатский медальон Михаила Белозёрова двум его внукам, Александру и Виктору Осокиным, а также правнуку — Андрею Осокину.

«Благодаря работе поисковых отрядов, в истории двух российских семей, а значит, в истории Великой Отечественной войны, стало меньше белых пятен, — сказал Нарышкин. — Степан Верясов был депутатом Верховного Совета РСФСР первого созыва, а значит, в определенном смысле моим коллегой».

…Память — это не только ордена и медали, к которым прикасались руки твоего отца, деда или прадеда, не только фотографии, или воспоминания тех, кто помнил его лично или со слов старших родственников… Это что-то неуловимое и узнаваемое — в разрезе глаз, в улыбке, в собственном почерке, таком похожем и одновременно не похожем на почерк в пожелтевшем треугольнике, который нашел внука через столько лет!..

Вот так, спустя семьдесят с лишним лет, вернулись домой красноармейцы первых военных призывов, и обрели вечный покой на родной земле, откуда в 1941-м они ушли сражаться за Родину.

Редакция благодарит Сергея Зуева, командира поискового объединения «Святой Гавриил» (Димитровград), за предоставленные фотографии.

ГВАРДИИ РЯДОВОЙ СЕРЁЖЕНЬКА .


Самый молодой солдат Великой Отечественной войны.
Серёже Алешкову было 6 лет, когда немцы казнили его маму и старшего брата за связь с партизанами. Произошло это в Калужской области. Серёжу спасла соседка. Она выбросила ребёнка из окна хаты и крикнула, чтобы он бежал что было сил. Мальчик бросился в лес. Дело было осенью 1942 года. Трудно сказать, сколько времени бродил ребёнок, голодный, измученный, замёрзший в калужских лесах. На него натолкнулись разведчики 142-го гвардейского стрелкового полка, которым командовал майор Воробьёв. Они перенесли мальчика на руках через линию фронта. И оставили в полку. Трудней всего было подобрать одежду для маленького солдата: ну где найдёшь сапоги тридцатого размера? Однако со временем отыскалась и обувь, и форма –всё как полагается. Молодой неженатый майор Михаил Воробьёв стал для Серёжи вторым отцом. Кстати, позднее он официально усыновил мальчика. – Вот только мамы у тебя нет, Серёженька, – как-то грустно сказал майор, гладя по коротко стриженым волосам мальчика. – Нет, так будет, – ответил тот. – Мне нравится медсестра тётя Нина, она добрая и красивая. Так с лёгкой руки ребёнка майор нашёл своё счастье и прожил с Ниной Андреевной Бедовой, старшиной медицинской службы, всю свою жизнь. Серёжа помогал старшим товарищам как мог: носил бойцам почту и патроны, в перерывах между боями пел песни. У Серёженьки оказался замечательный характер – весёлый, спокойный, он никогда не ныл и не жаловался по пустякам. А для солдат этот мальчик стал напоминанием о мирной жизни, у каждого из них остался дома кто-то, кто их любил и ждал. Все старались приласкать ребёнка. Но своё сердце Серёжа раз и навсегда отдал Воробьёву. Медаль «За боевые заслуги» Серёжа получил за то, что спас жизнь своему названному отцу. Однажды во время фашистского налёта бомба разворотила блиндаж командира полка. Никто, кроме мальчика, не видел, что под завалом из брёвен находится майор Воробьёв. – Папка! – не своим голосом закричал Серёжа, подскочил к блиндажу и прижался ухом к брёвнам. Снизу раздался глухой стон. Глотая слёзы, мальчик попытался сдвинуть брёвна в сторону, но только разодрал руки в кровь. Несмотря на продолжающиеся взрывы, Серёжа побежал за подмогой. Он привёл к заваленному блиндажу солдат, и те вытащили своего командира. А гвардии рядовой Серёжа стоял рядом и рыдал в голос, размазывая грязь по лицу, как самый обыкновенный маленький мальчик, которым он, собственно, и был. Командующий 8-й гвардейской армией генерал Чуйков, узнав о юном герое, наградил Серёжу боевым оружием – трофейным пистолетом «вальтер». Позднее мальчик был ранен, отправлен в госпиталь и на передовую больше не вернулся. Известно, что Сергей Алешков окончил Суворовское училище и Харьковский юридический институт. Много лет проработал юристом в Челябинске, поближе к своей семье – Михаилу и Нине Воробьёвым. В последние годы работал прокурором. Умер рано, в 1990 году. Сказались годы войны. История сына полка Алешкова кажется легендой, если бы не старая чёрно-белая фотография, с которой доверчиво смотрит на нас улыбающийся круглолицый мальчик с лихо надвинутой на одно ухо пилоткой. Гвардии рядовой Серёженька. Ребёнок, попавший в жернова войны, переживший много бед и ставший настоящим человеком. А для этого, как известно, нужна не только сила характера, но и доброе сердце.

От Сталинграда до Берлина.


По современным меркам путь от Сталинграда (ныне Волгоград) до Берлина на скором поезде совсем не длинный. Но в годы Великой Отечественной войны Дмитрий Иванович Раздобреев со своими однополчанами прошёл его за несколько лет – в боях, суровых испытаниях. На фронте он был отважным бойцом, в мирное время – добросовестным тружеником.
«Эх, дороги, пыль да туман, холода, тревоги да степной бурьян...». Уж которые сутки шли бойцы, лишь перед рассветом останавливались на короткий сон. Как же тяжела солдатская ноша! Полная боевая выкладка: карабин с припасом патронов, шинель-скатка через плечо, да верный друг вещмешок, ласково именуемый в армейской среде «сидором». В нём всё: от сменного белья до ложки, кружки и котелка. Без этого в полевых условиях не обойтись.
  По ночам вдалеке они видели ало-красное зарево – там был Сталинград. И шаги, приближавшие к городу, становились всё труднее, потому что немцы узнали про колонну. В небе тогда хозяйничали не только фашистские «стервятники» («юнкеры» и «хенкели»), но и «рамы» – двухфюзеляжные самолёты-разведчики, которые было невозможно сбить из-за недосягаемой для наземных орудий высоты. Эти «рамы» и творили всяческие пакости, а также сбрасывали бойцам листовки, в которых по-русски было написано: «Куда вы идёте? Бросайте оружие и сдавайтесь!» Далее шли обидные, оскорбительные слова: «Мы вашего командира дивизии так разделали, что он бежал…».
  Пешую колонну солдат всё же удалось пересадить на машины, и вскоре они оказались на берегу Волги, километров пятнадцать выше Сталинграда.
  Шёл август 1942 года. Наш земляк Дмитрий Раздобреев в ту пору был рядовым. Родился он 8 ноября 1916 года в деревне Усть-Ачье Балейского района. Корней самых простых, из крестьянской многодетной семьи. Здесь окончил четыре класса. В период коллективизации родители отказались вступать в колхоз и были высланы в Казахстан. Много семей тогда вымерло от голода, не доехав до конечного пункта. Раздобреевым посчастливилось выжить…
  Дмитрий был мобилизован в мае 1942 года из Сталинского района Акмолинской области Казахской ССР. В военкомате сказал: «Я сын «врага народа», но готов защищать Родину». Служба началась в 88-й гвардейской стрелковой дивизии 3-го Украинского фронта телефонистом связи. Из военных специалистов полевых кабельных линий был сформирован отдельный батальон связи и на передовую.
  В Сталинградской битве советские войска перебили хребет ненавистному фашистскому зверю. Дмитрий Раздобреев был в этой мясорубке. Их стрелковому полку тогда сильно досталось, они пережили налёты вражеских самолётов, артобстрелы, рукопашные стычки с атакующими… Приходилось под обстрелом идти в поле, восстанавливать связь. В руках автомат, тяжеленная катушка, а впереди – неизвестность: разорванные провода, концы которых раскинуты один от другого… Случалось, что при манёврах провода полевой связи разрывали свои же танки…
  Дмитрий обеспечил связь с артиллеристами, что вели меткий огонь из глубин наших позиций.
  С середины ноября 1942 года по февраль 1943 года шли особенно ожесточённые, кровопролитные бои. Советские войска готовились к наступлению одновременно с нескольких фронтов. Враг яростно сопротивлялся, но победа была за нами. В известный всему миру сталинградский «котёл» угодили самые хвалёные немецкие части. Часть их была уничтожена, другая взята в плен. 2 февраля 1943 года в 16 часов страшная сталинградская битва закончилась.
  Полк, в котором служил Дмитрий, понёс большие потери и пополнился новыми бойцами. Многие его сверстники остались молодыми навсегда… Воины проявили массовый героизм, мужество и высокое мастерство. Медалями «За оборону Сталинграда» были награждены свыше 760 тысяч человек. Среди них и наш Дмитрий. Выписка из его наградного листа от 6 октября 1943 года гласит: «Составлен настоящий акт о том, что мною, командиром 88-й гвардейской Краснознамённой стрелковой дивизии полковником Пановым Борисом Николаевичем, произведено вручение медалей «За оборону Сталинграда» нижеименованным участникам обороны Сталинграда по управлению и спецподразделением дивизии. Раздобреев Дмитрий Иванович – связист, взвод управления КАД».
  Величественный мемориал на Мамаевом кургане, увенчанный богиней победы Никой, стал символом доблести и славы русского оружия, ратного подвига нашего народа. А войска Советской Армии продолжали наступление.
  Нередко Дмитрию приходилось выходить на линию фронта, под огнём противника устранять неполадки и повреждения. Ему была присвоена высокая правительственная награда – орден Славы III степени. Из наградного листа: «В боях под Тамаковкой Д. И. Раздобреев находился на командном пункте командующего артиллерией, обслуживая связь штаба полка. 14 ноября 1943 года под сильным артиллерийским и миномётным огнём он исправил восемь порывов линии. 19 ноября, будучи на командном пункте в районе села Тамаковка обнаружил в 50 метрах немецкую разведку. Предупредив разведчиков, продолжал наблюдение, но был ранен. После перевязки вернулся в строй».
  В каждодневных суровых испытаниях шли фронтовые будни. Смерть подстерегала не только на полях сражений, но и в редкие минуты тишины. Однажды от снайперской пули Дмитрия спас только… котелок, в котором он нёс еду командиру!
  Дмитрий принимал участие в освобождении Варшавы. Она была освобождена 17 января 1945 года. От красивого города остались руины, всё было разрушено, сожжено. Немцы умели разрушать создаваемое веками... 30 марта форсировали Одер-границу неприступной Германии. В пору ледохода покров на реке был не крепкий, к тому же испещрен промоинами от снарядов. Но это не остановило натиска бойцов. Ночью в темноте вместе со своими боевыми друзьями забайкалец протянул телефонный тяжёлый провод на островок, потом и дальше, откуда наши десантники вели атаку….
  Вот так под огнём связист Дмитрий Раздобреев прошёл всю Европу и дошёл до столицы рейха – Берлина. Фашисты отчаянно сопротивлялись. Гибли и гибли боевые товарищи, ценою жизни приближая долгожданную Победу. Штурмовал Берлин и наш земляк. 9 мая 1945 года радисты сообщили об окончании войны и капитуляции немцев. Бойцы обнимали друг друга, целовали. Вверх полетели головные уборы, кто-то запел песню, но она утонула в радостных криках «Ура!» «Ура!» и залпах салюта.
  С сентября 1945 года телефонист Раздобреев служил в 394-й артиллерийской бригаде, он оставался в Германии до 20 апреля 1946 года – до дня своей демобилизации.
  Настало мирное время. Дмитрий Иванович Раздобреев уехал работать в Якутию. Там познакомился со своей будущей супругой Валентиной Ефимовной. Потом по воле судьбы семья Раздобреевых оказалась в посёлке Ксеньевка Могочинского района, где и пустила корни.
  Дмитрий Иванович обладал хорошим музыкальным слухом, играл на музыкальных инструментах, обучил этому всех своих детей – дочь и трёх сыновей. Зачастую их семейный ансамбль жители посёлка зазывали к себе на праздники. До сих пор помним выступления Ирины Дмитриевны на одном из поселковых мероприятий – как под гитару она спела романс «Гори, гори, моя звезда»…
  Дмитрий Иванович трудился плотником в дистанции гражданских сооружений, был отличным специалистом, к делу всегда относился честно, добросовестно, его уважали коллеги и односельчане. Ушёл на заслуженный отдых. Умер в 1982 году.
  Добрая, светлая биография у ветерана Великой Отечественной войны, замечательного человека. Он пример для подражания молодому поколению. Среди наград Дмитрия Ивановича – орден Славы III степени, орден «Красной Звезды», медали «За оборону Сталинграда», «За взятия Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годах», юбилейные медали, а также грамоты и благодарственные письма, правительственный орден Трудового Красного Знамени. Всё это и ныне бережно хранится родными ветерана.
  Когда Дмитрия Ивановича провожали в последний путь, прораб НГУ Иван Никифорович Прохоров сказал: «А мы даже не знали, что у него столько наград». Скромный солдат Раздобреев никогда ими не кичился. Он защищал Родину, воевал за мирную жизнь, счастье своих детей, внуков, правнуков.
  Низкий ему поклон и вечная память.
  Наталья Васильева, п. Ксеньевка, Могочинский район.
  Автор благодарит районного депутата Виталия Леонидовича Шолохова за предоставленные из архива Министерства обороны сведения и материалы.

Военная контрразведка СМЕРШ.


СМЕРШ была создана в Советском Союзе в 1943 году. Лишь спустя 70 лет с многих операций, проведенных контрразведчиками, был снят гриф «совершенно секретно». Главная задача этого подразделения заключалась не только в оказании противодействия немецкому Абверу, но и в необходимости внедрения советских контрразведчиков в высшие эшелоны власти фашистской Германии и разведшколы, уничтожение диверсионных групп, проведение радиоигр, а также в борьбе против изменников Родины… Необходимо отметить, что название этой спецслужбе дал сам И.Сталин. Вначале было предложение назвать подразделение СМЕРНЕШ (то есть «смерть немецким шпионам»), на что Сталин заявил, что на советской территории полно шпионов и с других государств, и с ними также необходимо вести борьбу, поэтому лучше назвать новый орган просто СМЕРШ. Его официальным названием стало – управление контрразведки СМЕРШ НКВД СССР. Collapse )

Про сериал "Палач"....Женщина – палач “Тонька-пулеметчица”.

1

История Антонины Макаровой-Гинзбург - советской девушки, лично казнившей полторы тысячи своих соотечественников - другая, темная сторона героической истории Великой Отечественной войны.Тонька-пулеметчица, как ее называли тогда, работала на оккупированной гитлеровскими войсками советской территории с 41-го по 43-й годы, приводя в исполнение массовые смертные приговоры фашистов партизанским семьям. Передергивая затвор пулемета, она не думала о тех, кого расстреливает - детей, женщин, стариков - это было для нее просто работой…

[Spoiler (click to open)]

"Какая чушь, что потом мучают угрызения совести. Что те, кого убиваешь, приходят по ночам в кошмарах. Мне до сих пор не приснился ни один", - говорила она своим следователям на допросах, когда ее все-таки вычислили и задержали - через 35 лет после ее последнего расстрела. Уголовное дело брянской карательницы Антонины Макаровой-Гинзбург до сих пор покоится в недрах спецхрана ФСБ. Доступ к нему строго запрещен, и это понятно, потому что гордиться здесь нечем: ни в какой другой стране мира не родилась еще женщина, лично убившая полторы тысячи человек. Тридцать три года после Победы эту женщину звали Антониной Макаровной Гинзбург. Она была фронтовичкой, ветераном труда, уважаемой и почитаемой в своем городке. Ее семья имела все положенные по статусу льготы: квартиру, знаки отличия к круглым датам и дефицитную колбасу в продуктовом пайке. Муж у нее тоже был участник войны, с орденами и медалями. Две взрослые дочери гордились своей мамой. На нее равнялись, с нее брали пример: еще бы, такая героическая судьба: всю войну прошагать простой медсестрой от Москвы до Кенигсберга. Учителя школ приглашали Антонину Макаровну выступить на линейке, поведать подрастающему поколению, что в жизни каждого человека всегда найдется место подвигу. И что самое главное на войне - это не бояться смотреть смерти в лицо. И кто, как не Антонина Макаровна, знал об этом лучше всего..
1
Ее арестовали летом 1978-го года в белорусском городке Лепель. Совершенно обычная женщина в плаще песочного цвета с авоськой в руках шла по улице, когда рядом остановилась машина, из нее выскочили неприметные мужчины в штатском и со словами: "Вам необходимо срочно проехать с нами!" обступили ее, не давая возможности убежать.
"Вы догадываетесь, зачем вас сюда привезли?" - спросил следователь брянского КГБ, когда ее привели на первый допрос. "Ошибка какая-то", - усмехнулась женщина в ответ. "Вы не Антонина Макаровна Гинзбург. Вы - Антонина Макарова, больше известная как Тонька-москвичка или Тонька-пулеметчица. Вы - карательница, работали на немцев, производили массовые расстрелы. О ваших зверствах в деревне Локоть, что под Брянском, до сих пор ходят легенды. Мы искали вас больше тридцати лет - теперь пришла пора отвечать за то, что совершили. Сроков давности ваши преступления не имеют". "Значит, не зря последний год на сердце стало тревожно, будто чувствовала, что появитесь, - сказала женщина. - Как давно это было. Будто и не со мной вовсе. Практически вся жизнь уже прошла. Ну, записывайте..."
Из протокола допроса Антонины Макаровой-Гинзбург, июнь 78-го года: "Все приговоренные к смерти были для меня одинаковые. Менялось только их количество. Обычно мне приказывали расстрелять группу из 27 человек - столько партизан вмещала в себя камера. Я расстреливала примерно в 500 метрах от тюрьмы у какой-то ямы. Арестованных ставили цепочкой лицом к яме. На место расстрела кто-то из мужчин выкатывал мой пулемет. По команде начальства я становилась на колени и стреляла по людям до тех пор, пока замертво не падали все..."
"Cводить в крапиву" - на жаргоне Тони это означало повести на расстрел. Сама она умирала трижды. Первый раз осенью 41-го, в страшном "вяземском котле", молоденькой девчонкой-санинструкторшей. Гитлеровские войска тогда наступали на Москву в рамках операции "Тайфун". Советские полководцы бросали свои армии на смерть, и это не считалось преступлением - у войны другая мораль. Больше миллиона советских мальчишек и девчонок всего за шесть дней погибли в той вяземской мясорубке, пятьсот тысяч оказались в плену. Гибель простых солдат в тот момент ничего не решала и не приближала победу, она была просто бессмысленной. Так же как помощь медсестры мертвецам...
2
19-летняя медсестра Тоня Макарова, очнулась после боя в лесу. В воздухе пахло горелой плотью. Рядом лежал незнакомый солдат. "Эй, ты цела еще? Меня Николаем Федчуком зовут". "А меня Тоней", - она ничего не чувствовала, не слышала, не понимала, будто душу ее контузили, и осталась одна человеческая оболочка, а внутри - пустота. Потянулась к нему, задрожав: "Ма-а-амочка, холодно-то как!" "Ну что, красивая, не плачь. Будем вместе выбираться", - ответил Николай и расстегнул верхнюю пуговицу ее гимнастерки. Три месяца, до первого снега, они вместе бродили по чащобам, выбираясь из окружения, не зная ни направления движения, ни своей конечной цели, ни где свои, ни где враги. Голодали, ломая на двоих, ворованные ломти хлеба. Днем шарахались от военных обозов, а по ночам согревали друг друга. Тоня стирала обоим портянки в студеной воде, готовила нехитрый обед. Любила ли она Николая? Скорее, выгоняла, выжигала каленым железом, страх и холод у себя изнутри. "Я почти москвичка, - гордо врала Тоня Николаю. - В нашей семье много детей. И все мы Парфеновы. Я - старшая, как у Горького, рано вышла в люди. Такой букой росла, неразговорчивой. Пришла как-то в школу деревенскую, в первый класс, и фамилию свою позабыла. Учительница спрашивает: "Как тебя зовут, девочка?" А я знаю, что Парфенова, только сказать боюсь. Ребятишки с задней парты кричат: "Да Макарова она, у нее отец Макар". Так меня одну во всех документах и записали. После школы в Москву уехала, тут война началась. Меня в медсестры призвали. А у меня мечта другая была - я хотела на пулемете строчить, как Анка-пулеметчица из "Чапаева". Правда, я на нее похожа? Вот когда к нашим выберемся, давай за пулемет попросимся..."
В январе 42-го, грязные и оборванные, Тоня с Николаем вышли, наконец, к деревне Красный Колодец. И тут им пришлось навсегда расстаться. "Знаешь, моя родная деревня неподалеку. Я туда сейчас, у меня жена, дети, - сказал ей на прощание Николай. - Я не мог тебе раньше признаться, ты уж меня прости. Спасибо за компанию. Дальше сама как-нибудь выбирайся". "Не бросай меня, Коля", - взмолилась Тоня, повиснув на нем. Однако Николай стряхнул ее с себя как пепел с сигареты и ушел. Несколько дней Тоня побиралась по хатам, христарадничала, просилась на постой. Сердобольные хозяйки сперва ее пускали, но через несколько дней неизменно отказывали от приюта, объясняя тем, что самим есть нечего. "Больно взгляд у нее нехороший, - говорили женщины. - К мужикам нашим пристает, кто не на фронте, лазает с ними на чердак, просит ее отогреть". Не исключено, что Тоня в тот момент действительно тронулась рассудком. Возможно, ее добило предательство Николая, или просто закончились силы - так или иначе, у нее остались лишь физические потребности: хотелось есть, пить, помыться с мылом в горячей бане и переспать с кем-нибудь, чтобы только не оставаться одной в холодной темноте. Она не хотела быть героиней, она просто хотела выжить. Любой ценой.
В той деревне, где Тоня остановилась вначале, полицаев не было. Почти все ее жители ушли в партизаны. В соседней деревне, наоборот, прописались одни каратели. Линия фронта здесь шла посередине околицы. Как-то она брела по околице, полубезумная, потерянная, не зная, где, как и с кем она проведет эту ночь. Ее остановили люди в форме и поинтересовались по-русски: "Кто такая?" "Антонина я, Макарова. Из Москвы", - ответила девушка.
3
Ее привели в администрацию села Локоть. Полицаи говорили ей комплименты, потом по очереди "любили" ее. Затем ей дали выпить целый стакан самогона, после чего сунули в руки пулемет. Как она и мечтала - разгонять непрерывной пулеметной строчкой пустоту внутри. По живым людям. "Макарова-Гинзбург рассказывала на допросах, что первый раз ее вывели на расстрел партизан совершенно пьяной, она не понимала, что делала, - вспоминает следователь по ее делу Леонид Савоськин. - Но заплатили хорошо - 30 марок, и предложили сотрудничество на постоянной основе. Ведь никому из русских полицаев не хотелось мараться, они предпочли, чтобы казни партизан и членов их семей совершала женщина. Бездомной и одинокой Антонине дали койку в комнате на местном конезаводе, где можно было ночевать и хранить пулемет. Утром она добровольно вышла на работу".
Из допроса Антонины Макаровой-Гинзбург, июнь 78-го года: "Я не знала тех, кого расстреливаю. Они меня не знали. Поэтому стыдно мне перед ними не было. Бывало, выстрелишь, подойдешь ближе, а кое-кто еще дергается. Тогда снова стреляла в голову, чтобы человек не мучился. Иногда у нескольких заключенных на груди был подвешен кусок фанеры с надписью "партизан". Некоторые перед смертью что-то пели. После казней я чистила пулемет в караульном помещении или во дворе. Патронов было в достатке..."
Бывшая квартирная хозяйка Тони из Красного Колодца, одна из тех, что когда-то тоже выгнала ее из своего дома, пришла в деревню Локоть за солью. Ее задержали полицаи и повели в местную тюрьму, приписав связь с партизанами. "Не партизанка я. Спросите хоть вашу Тоньку-пулеметчицу", - испугалась женщина. Тоня посмотрела на нее внимательно и хмыкнула: "Пойдем, я дам тебе соль".
В крошечной комнате, где жила Антонина, царил порядок. Стоял пулемет, блестевший от машинного масла. Рядом на стуле аккуратной стопочкой была сложена одежда: нарядные платьица, юбки, белые блузки с рикошетом дырок в спине. И корыто для стирки на полу. "Если мне вещи у приговоренных нравятся, так я снимаю потом с мертвых, чего добру пропадать, - объяснила Тоня. - Один раз учительницу расстреливала, так мне ее кофточка понравилась, розовая, шелковая, но уж больно вся в крови заляпана, побоялась, что не отстираю - пришлось ее в могиле оставить. Жалко... Так сколько тебе надо соли?" "Ничего мне от тебя не нужно, - попятилась к двери женщина. - Побойся бога, Тоня, он ведь есть, он все видит - столько крови на тебе, не отстираешься!" "Ну раз ты смелая, что же ты помощи-то у меня просила, когда тебя в тюрьму вели? - закричала Антонина вслед. - Вот и погибала бы по-геройски! Значит, когда шкуру надо спасти, то и Тонькина дружба годится?".
4
По вечерам Антонина наряжалась и отправлялась в немецкий клуб на танцы. Другие девушки, подрабатывавшие у немцев проститутками, с ней не дружили. Тоня задирала нос, бахвалясь тем, что она москвичка. С соседкой по комнате, машинисткой деревенского старосты, она тоже не откровенничала, а та ее боялась за какой-то порченый взгляд и еще за рано прорезавшуюся складку на лбу, как будто Тоня слишком много думает. На танцах Тоня напивалась допьяна, и меняла партнеров как перчатки, смеялась, чокалась, стреляла сигаретки у офицеров. И не думала о тех очередных 27-и, которых ей предстояло казнить утром. Страшно убивать только первого, второго, потом, когда счет идет на сотни, это становится просто тяжелой работой. Перед рассветом, когда после пыток затихали стоны приговоренных к казням партизан, Тоня вылезала тихонечко из своей постели и часами бродила по бывшей конюшне, переделанной наскоро в тюрьму, всматриваясь в лица тех, кого ей предстояло убить.
Из допроса Антонины Макаровой-Гинзбург, июнь 78-го года: "Мне казалось, что война спишет все. Я просто выполняла свою работу, за которую мне платили. Приходилось расстреливать не только партизан, но и членов их семей, женщин, подростков. Об этом я старалась не вспоминать. Хотя обстоятельства одной казни помню - перед расстрелом парень, приговоренный к смерти, крикнул мне: "Больше не увидимся, прощай, сестра!.."
Ей потрясающе везло. Летом 43-го, когда начались бои за освобождение Брянщины, у Тони и нескольких местных проституток обнаружилась венерическая болезнь. Немцы приказали им лечиться, отправив их в госпиталь в свой далекий тыл. Когда в село Локоть вошли советские войска, отправляя на виселицы предателей Родины и бывших полицаев, от злодеяний Тоньки-пулеметчицы остались одни только страшные легенды. Из вещей материальных - наспех присыпанные кости в братских могилах на безымянном поле, где, по самым скромным подсчетам, покоились останки полутора тысяч человек. Удалось восстановить паспортные данные лишь около двухсот человек, расстрелянных Тоней. Смерть этих людей и легла в основу заочного обвинения Антонины Макаровны Макаровой, 1921 года рождения, предположительно жительницы Москвы. Больше о ней не знали ничего..
"Розыскное дело Антонины Макаровой наши сотрудники вели тридцать с лишним лет, передавая его друг другу по наследству, - рассказал майор КГБ Петр Николаевич Головачев, занимавшийся в 70-е годы розыском Антонины Макаровой. - Периодически оно попадало в архив, потом, когда мы ловили и допрашивали очередного предателя Родины, оно опять всплывало на поверхность. Не могла же Тонька исчезнуть без следа?! Это сейчас можно обвинять органы в некомпетентности и безграмотности. Но работа шла ювелирная. За послевоенные годы сотрудники КГБ тайно и аккуратно проверили всех женщин Советского Союза, носивших это имя, отчество и фамилию и подходивших по возрасту, - таких Тонек Макаровых нашлось в СССР около 250 человек. Но - бесполезно. Настоящая Тонька-пулеметчица как в воду канула..."


"Вы Тоньку слишком не ругайте, - попросил Головачев. - Знаете, мне ее даже жаль. Это все война, проклятая, виновата, она ее сломала... У нее не было выбора - она могла остаться человеком и сама тогда оказалась бы в числе расстрелянных. Но предпочла жить, став палачом. А ведь ей было в 41-м году всего 20 лет".
5
Но просто взять и забыть о ней было нельзя. "Слишком страшные были ее преступления, - говорит Головачев. - Это просто в голове не укладывалось, сколько жизней она унесла. Нескольким людям удалось спастись, они проходили главными свидетелями по делу. И вот, когда мы их допрашивали, они говорили о том, что Тонька до сих пор приходит к ним во снах. Молодая, с пулеметом, смотрит пристально - и не отводит глаза. Они были убеждены, что девушка-палач жива, и просили обязательно ее найти, чтобы прекратить эти ночные кошмары. Мы понимали, что она могла давно выйти замуж и поменять паспорт, поэтому досконально изучили жизненный путь всех ее возможных родственников по фамилии Макаровы..."
Однако никто из следователей не догадывался, что начинать искать Антонину нужно было не с Макаровых, а с Парфеновых. Да, именно случайная ошибка деревенской учительницы Тони в первом классе, записавшей ее отчество как фамилию, и позволила "пулеметчице" ускользать от возмездия столько лет. Ее настоящие родные, разумеется, никогда не попадали в круг интересов следствия по этому делу. Но в 76-м году один из московских чиновников по фамилии Парфенов собирался за границу. Заполняя анкету на загранпаспорт, он честно перечислил списком имена и фамилии своих родных братьев и сестер, семья была большая, целых пять человек детей. Все они были Парфеновы, и только одна почему-то Антонина Макаровна Макарова, с 45-го года по мужу Гинзбург, живущая ныне в Белоруссии. Мужчину вызвали в ОВИР для дополнительных объяснений. На судьбоносной встрече присутствовали, естественно, и люди из КГБ в штатском. "Мы ужасно боялись поставить под удар репутацию уважаемой всеми женщины, фронтовички, прекрасной матери и жены, - вспоминает Головачев. - Поэтому в белорусский Лепель наши сотрудники ездили тайно, целый год наблюдали за Антониной Гинзбург, привозили туда по одному выживших свидетелей, бывшего карателя, одного из ее любовников, для опознания. Только когда все до единого сказали одно и то же - это она, Тонька-пулеметчица, мы узнали ее по приметной складке на лбу, - сомнения отпали".

Муж Антонины, Виктор Гинзбург, ветеран войны и труда, после ее неожиданного ареста обещал пожаловаться в ООН. "Мы не признались ему, в чем обвиняют ту, с которой он прожил счастливо целую жизнь. Боялись, что мужик этого просто не переживет", - говорили следователи.
1
Виктор Гинзбург закидывал жалобами различные организации, уверяя, что очень любит свою жену, и даже если она совершила какое-нибудь преступление - например, денежную растрату, - он все ей простит. А еще он рассказывал про то, как раненым мальчишкой в апреле 45-го лежал в госпитале под Кенигсбергом, и вдруг в палату вошла она, новенькая медсестричка Тонечка. Невинная, чистая, как будто и не на войне, - и он влюбился в нее с первого взгляда, а через несколько дней они расписались. Антонина взяла фамилию супруга, и после демобилизации поехала вместе с ним в забытый богом и людьми белорусский Лепель, а не в Москву, откуда ее и призвали когда-то на фронт. Когда старику сказали правду, он поседел за одну ночь. И больше жалоб никаких не писал. "Арестованная мужу из СИЗО не передала ни строчки. И двум дочерям, которых родила после войны, кстати, тоже ничего не написала и свидания с ним не попросила, - рассказывает следователь Леонид Савоськин. - Когда с нашей обвиняемой удалось найти контакт, она начала обо всем рассказывать. О том, как спаслась, бежав из немецкого госпиталя и попав в наше окружение, выправила себе чужие ветеранские документы, по которым начала жить. Она ничего не скрывала, но это и было самым страшным. Создавалось ощущение, что она искренне недопонимает: за что ее посадили, что ТАКОГО ужасного она совершила? У нее как будто в голове блок какой-то с войны стоял, чтобы самой с ума, наверное, не сойти. Она все помнила, каждый свой расстрел, но ни о чем не сожалела. Мне она показалась очень жестокой женщиной. Я не знаю, какой она была в молодости. И что заставило ее совершать эти преступления. Желание выжить? Минутное помрачение? Ужасы войны? В любом случае это ее не оправдывает. Она погубила не только чужих людей, но и свою собственную семью. Она просто уничтожила их своим разоблачением. Психическая экспертиза показала, что Антонина Макаровна Макарова вменяема".Следователи очень боялись каких-то эксцессов со стороны обвиняемой: прежде бывали случаи, когда бывшие полицаи, здоровые мужики, вспомнив былые преступления, кончали с собой прямо в камере. Постаревшая Тоня приступами раскаяния не страдала. "Невозможно постоянно бояться, - говорила она. - Первые десять лет я ждала стука в дверь, а потом успокоилась. Нет таких грехов, чтобы всю жизнь человека мучили". Во время следственного эксперимента ее отвезли в Локоть, на то самое поле, где она вела расстрелы. Деревенские жители плевали ей вслед как ожившему призраку, а Антонина лишь недоуменно косилась на них, скрупулезно объясняя, как, где, кого и чем убивала... Для нее это было далекое прошлое, другая жизнь. "Опозорили меня на старости лет, - жаловалась она по вечерам, сидя в камере, своим тюремщицам. - Теперь после приговора придется из Лепеля уезжать, иначе каждый дурак станет в меня пальцем тыкать. Я думаю, что мне года три условно дадут. За что больше-то? Потом надо как-то заново жизнь устраивать. А сколько у вас в СИЗО зарплата, девчонки? Может, мне к вам устроиться - работа-то знакомая..."
Антонину Макарову-Гинзбург расстреляли в шесть часов утра 11 августа 1978 года, почти сразу после вынесения смертного приговора. Решение суда стало абсолютной неожиданностью даже для людей, которые вели расследование, не говоря уж о самой подсудимой. Все прошения 55-летней Антонины Макаровой-Гинзбург о помиловании в Москве были отклонены. В Советском Союзе это было последнее крупное дело об изменниках Родины в годы Великой Отечественной войны, и единственное, в котором фигурировала женщина-каратель. Никогда позже женщин в СССР по приговору суда не казнили.

Хранитель музея

05
В чём же наша неиссякаемая история? В мгновениях, днях, долгих годах бескрайнего времени. Пожалуй, но прежде всего – в обычных людях. Судьба каждого человека – неповторимая жизнь! Знакомьтесь, наш уважаемый Александр Игнатьевич Пономарёв.
20 лет на посту
   Почётный гражданин города Могоча, он смотритель музея локомотивного депо. Причём, только вдумайтесь, с 1991 года – уже 23 года. Сколько же было светлого, доброго сделано за эти незабываемые лета?! Обо всём и не расскажешь.
   Начнём здесь со столь необходимой предыстории. Когда ещё в начале прошлого, ХХ века Великий Транссиб пришёл на дальнюю восточную окраину России, то здесь, в нашем Забайкалье, жизнь изменилась неузнаваемо. И немало нового появилось. Так и в нашей Могоче построили тогда ещё паровозное депо, возникла узловая станция... С тех пор многие и многие выбрали работу на железной дороге…
   Пришла пора, и Александр Игнатьевич стал трудиться на стальной магистрали. Был кочегаром, помощником машиниста… На скромном, но таком незаменимом труженике-паровозе! Люди все с крепкими надёжными характерами, добросовестные в работе. Сколько их было – нескончаемых километров за долгие годы верного пути!
   Человек во всём неравнодушный, увлекающийся историей и краеведением. Александр Игнатьевич, когда пришло время заслуженного отдыха, сидеть, дома вовсе не стал!
   Ведь в музее родного предприятия всегда немало забот и хлопот. В истории всё своё значение имеет! Старательность, кропотливость, творческое отношение…
   И не счесть тех экспозиций, предметов железнодорожной техники, быта, просто фотографий и много ещё чего, что появилось в музее локомотивного депо Могоча за годы его работы! Люди-земляки сюда приходят всегда с удовольствием. Здесь история словно оживает, и каждый раз у неё новый, интересный для всех рассказ. На такую добрую встречу приглашаю вас, дорогие наши друзья!

Путешествие в прошлое
   Залы здесь не такие уж большие, но в них свой удивительный, словно нескончаемый мир!
   На художественных гравюрах портреты министров путей сообщения России, начиная с 1865 года. Воистину, что у каждой эпохи из истории страны – свои особые старицы! Не случайно пришедшие сюда не могут пройти мимо, когда видят ещё один стенд. Здесь фотографии начальников локомотивного депо Могоча в разные годы. Тут с 1926 года их славные имена в нашем железнодорожном городе люди знают не понаслышке!
   А наши известные, пожалуй по всей Забайкальской магистрали, трудовые династии – Чанковские, Стерликовы, Занины, Васильевы, Максимкины.
   Тему добросовестной работы продолжают фотографии тех, кто в своё время был удостоен самого весомого и значимого в отрасли звания – это «Почётные железнодорожники» – 62 работника локомотивного депо Могоча.
   Есть в музее такая памятная экспозиция: «Они защищали Родину». Примечательно, что на стендах размещены портреты не только полководцев, но и рядовых солдат – наших земляков. От Александра Игнатьевича узнала, что только из одного локомотивного депо на фронт за четыре года войны ушли 300 человек и 130 из них не вернулись…
   Здесь и награды, личные вещи, трогательные треугольнички фронтовых писем солдат, наших земляков-могочинцев, Защитников Отечества.… И во всём здесь величие Победы советского народа! А трагические страницы военных лет, связанные с блокадой Ленинграда?! Экспонаты, подобранные смотрителем музея, обжигают сердце. Всё это – наша память. Но больше всего поразил меня обычный солдатский медальон, из тех, что появились в марте 1941-го, а были изъяты из пользования неизвестно по какой причине в разгар войны, в ноябре 1942-го. Вот тогда-то и появилось выражение «без вести пропавший». Медальон передал в музей бывший работник депо Олег Сувернев, который живет и работает сейчас в европейской части нашей страны. Там созданы отряды, которые разыскивают в местах боёв Великой Отечественной непогребённые останки солдат и предают их Земле, устанавливают личности этих людей, отыскивают их родственников по всему миру. Из Коломенского района Московской области, из мест поисковой работы отряда «Надежда», как весточка с далёкой войны, и появился у нас в музее простой солдатский медальон. Всего несколько строк на ленте, что вложена в него. «Свердловская область, Серовский район, Туринские рудники, Сазоновой Анне Ивановне. Сын её, боец Красной Армии Сергей Филиппович Сазонов». Вот такие экспонаты, как этот маленький медальон или фляжка, также найденная на полях сражений и принадлежащая неизвестному солдату, и доносят до нас сквозь толпу времени истинную сущность войны.
   Не забывают люди и о тех, кто самоотверженно работал здесь, в тылу. Им, многим забайкальским железнодорожникам, посвящён стенд «Доблестный труд». Важно и то, что в музее часто бывают дети – здесь особенно рады маленьким посетителям. Пусть не всё, но какая-то часть увиденного должна остаться в их памяти, как ниточка, что связывает прошлое с настоящим и будущим.

Через сердце и душу
   В общем, каждый в музее находит что-то своё и обо всём. Здесь можно сказать: «Наша история – далёкая и близкая». Примечательно, что музей локомотивного депо Могоча был открыт в 1991 году, 10 июня. То есть накануне нашего главного государственного праздника – Дня России! История продолжается!
   Уважаемый Александр Игнатьевич! Почетный труженик г. Могоча, смотритель музея, искреннее спасибо Вам за благородную работу по сохранению наших традиций, истории, судеб людей.
   «Через сердце и душу» – так многие отзываются о вашем неравнодушном отношении к Забайкалью, нашей малой Родине.
   Наталья ВАСИЛЬЕВА, п. Ксеньевка, Могочинский район

Прокуратура поставила под сомнение работу призывной комиссии и выгородила своего сотрудника.

prokuratura4
Глава муниципального района «Могочинский район» разместил в своем личном журнале в сети «Интернет» недостоверные сведения о прокурорском работнике.

Некоторые средства массовой информации разместили сообщение главы муниципального района «Могочинский район» Дмитрия Плюхина, опубликованное им в личном журнале в сети «Интернет», об якобы уклонении заместителя Могочинского межрайонного прокурора Константина Подопригоры от прохождения военной службы.
Распространяемые сведения являются недостоверными. Это подтверждается материалами, имеющимися в личном деле прокурорского работника в отделе кадров прокуратуры края и личном деле призывника, которое ведется органами военного комиссариата.
  К.Подопригора как призывник в розыске никогда не находился. В 2004 году он был снят с воинского учета в г. Чите и поставлен на воинский учет в г. Екатеринбурге на период обучения в Уральской Государственной Юридической Академии. В течение всего периода обучения в этом учебном заведении им предоставлялись в военкомат справки об обучении по очной форме, что является основанием для освобождения его от призыва на военную службу.
В 2009 году К. Подопригора после окончания УрГЮА  был принят на работу в органы прокуратуры и состоял на учете по месту своей постоянной регистрации в г. Чите. О всех кадровых передвижениях прокурорского работника по службе в адрес военного комиссариата направлялись соответствующие уведомления.
В связи с прохождением службы в Могочинской межрайонной прокуратуре в июле 2013 года К.Подопригора принят на учет в военный комиссариат города Могочи и Могочинского района, где и состоит по настоящее время.
Таким образом, за период обучения в высшем учебном заведении и работы в органах прокуратуры К.Подопригора не скрывал свое местонахождение, состоял на учете органах военного комиссариата, которые  обладали информацией о месте его работы и нахождении призывника. Кроме того, согласно должностным обязанностям, К.Подопригора осуществлял надзор за соблюдением законодательства о воинской обязанности и военной службе, проводил регулярные полугодовые проверки в органах военного комиссариата и лично общался с их работниками.
В апреле 2014 года К.Подопригоре исполнилось 27 лет. В ходе весенней призывной комиссии в 2014 году он прошел медицинскую комиссию по месту приписки и был направлен двумя врачами специалистами на дополнительные обследования в г. Чита для определения категории годности к призыву на военную службу. Данные обследования К.Подопригорой пройдены и результаты представлены в военный комиссариат.
В октябре 2014 года он дважды обращался к сотрудникам военного комиссариата с вопросом о дальнейших своих действиях в связи достижением предельного возраста призыва на военную службу и наличием результатов медицинского обследования. В ответ ему сообщили, что решение будет принято  в рамках осенней призывной кампании. До настоящего времени К.Подопригора не получал вызовы в военный комиссариат.
Кроме того, с 2004 года К.Подопригора не привлекался по инициативе органов военных комиссариатов к административной, уголовной ответственности за уклонение от призыва на военную службу.
Таким образом, публично распространяемые Д.Плюхиным и некоторыми средствами массовой информации сведения об уклонении прокурорского работника от прохождения военной службы являются не соответствующими действительности, порочащими его честь и достоинство.
Источник: http://www.prokuratura.chita.ru/press-service/news/?id=9017